Шарады начала XIX века (к 210-летию со дня рождения А.С. Пушкина)

Мы ленивы и нелюбопытны», – справедливо заметил однажды классик. Решив опровергнуть это высказывание, мы обратились к нескольким номерам «Вестника Европы» за 1820-й год. Нам было интересно выяснить, какими литературными играми занимали себя поэты начала XIX века. Одной из таких забав является шарада. В знаменитом «Поэтическом словаре» А.П. Квятковского (М., 1966) шарада определяется как «загадка, часто в стихотворной форме, где задуманное слово разбивается на составные смысловые части, которые разгадываются при помощи вспомогательных описаний». Например:

Часть первая моя в турецкой стороне Гроза для янычар и часто для султана; Вы окончание хотите знать во мне? Оно в Германии отличьем служит сана; А целое моё – у россиян Есть имя знатных и крестьян. (А.Бестужев-Марлинский)

Первой частью является слово «ага», второй – «фон», соответственно, целое представляет собой имя Агафон. Ещё образец из А.П. Квятковского:

Едва приметный червь, но для мехов опасный Есть первое моё. – Знак в азбуке безгласный – Второе. А поэт и комик-чародей Есть целое шарады сей. (Автор неизвестен)

Здесь решение будет следующее: Моль, ер, Мольер. Откроем, наконец, «Вестник Европы», и выпишем из них несколько шарад, давая разгадку. В одиннадцатом номере читаем следующие произведения автора из Тобольска, скрывшегося за псевдонимом Ив. В-в:

Я часто первое у целого встречаю; Как спорить не хочу, последним отвечаю; А громом целого у нас Надутов оглушил Парнас. (О-да) Скажу вам: первое полезно смертных роду: Оно и выходу и входу, И пребыванью кораблей Удобства многи доставляет; Сокровища всех стран в себе совокупляет И шлёт повсюду их морями и землей. Второе – плаватель был некогда чудесный На море без брегов, Без весел, кормчего, без парусов, Для мира целого имев корабль не тесный. Быть должен целому я часто за модель, Когда хочу иметь сюртук, или шинель. (Порт-ной)

Начальное есть горькое растение, И для настойки нам годится иногда; Последнее – местоименье; А целое в начале зим всегда На всех почти реках бывает; Оно есть место, где вода не замерзает. (Полынь-я)

Относительно часто в шараде участвуют известные для своего времени персонажи, которые у всех на слуху. Вот, например, два стихотворения без подписи автора из десятого номера «Вестника Европы»:

Кто русским город сдал, славнейший в целом свете. Вот первое; в другом предмете Увидишь дерево; а целое – поэт; В рассказе повестей ему подобных нет. (Мармонт-ель)

Когда француз к чему презренье изъявляет, Он голову мою употребляет; Второе – в библии известный аромат; А буква – третие; но целым, говорят, Предмет заморский назывался: Он прыгал и скакал, коверкался, кривлялся, Москву довольно забавлял И – деньги брал. (Фи-нард-и)

Следующая подборка шарад взята нами из шестнадцатого номера и принадлежит неизвестному автору: На первом ныне мы живём; В второе, может быть, по смерти попадём; С последнего учить букварь мы начинали; А целое есть то, что вы теперь читали. (Шар-ад-а)

В начальном мы лес красный вырубаем, Вторым великих воспеваем; А целым – мы себя от женщин отличаем. (Бор-ода)

Остальные шарады из этого же номера принадлежат перу Н. Брянцева из Курска:

Кто письма посылал, тот первую часть знает, Вторая – буква есть; а третья представляет Жену угрюмого, лихого старика: Он бодр, крылат, с косой – и грозная рука Его всё в мире разрушает. А целое моё недавно здесь, в Москве, Всем предвещало – быть большими богачами; Но если верить нам, читатели, молве – Немногим удалось… Теперь узнайте сами! (Лот-е-рея)

Часть первая моя – мудрец и чародей; Вторая же – реки старинное названье, Что в море Чёрное течёт. – Шарады всей – Учёный чин знаменованье. (Маг-истр)

Начальное – волкам, морозам эпитет; Второе, буква и – безгласна; А в целом видел свет Врага, для гордых Пап опасна. (Лют-ер)

В семнадцатом номере за всё тот же 1820-й год читаем редакторское примечание: «Зная, что многие ищут в журналах шарад, и что некоторые даже одних только их и ищут, охотно печатаем подобные игрушки в «Вестнике Европы»; но не имея счастливой возможности отгадывать ни шарад, ни анаграмм, ни омонимов, просим господ сочинителей прилагать вместе уже и слова при доставляемых к нам стихах сего рода». Далее следуют три произведения автора, подписавшегося буквой П.:

В деревне, часто в городах, И в поле, и в садах, Когда что городить хотите, Вы первое употребите; Последнее – стихотворенье; А целого определенье Вот вам в простых словах: Его вы видите и в картах, и в дровах. (Кол-ода)

Животные в Украйне лошадей В обозах заменяют – Вот первое; вторые уязвляют; А целое по моде у людей Стригут и завивают. (Вол-осы)

Начальное – реку напоминает; Второе у мужей Неверности супруг приметою бывает; А целое в избах бессменно у дверей. (По-рог)

Любопытна шарада из восемнадцатого номера, автор которой подписался как П-р К-в, Верхне-Уральск:

Ищите в азбуке начальную частицу; Последним же бедняк ломает поясницу, Чтоб только хлеб себе насущный получить. Простите, девушки, что смею обратить Шараду к вам: – коль скоро отзовётся У вас в сердцах Любови глас, То в целом, милые, найдёте Предмет, любезнейший для вас. (Ю-ноша)

Небезынтересна и шарада Николая Брянцева из двадцать первого номера «Вестника Европы»:

Где первое стоит – там жди противоречий, Словцо – в нём пара букв – а часто с ним беда; Второе – в городах французских есть всегда И там начальствует; всё – из чужих наречий В язык российский перешло: Взгляни на улицы, дома и на амбары, Газеты, вестники, журналы и товары – В употребление оно везде вошло. (Но-мер)

На первый взгляд кажется, что составлять шарады – дело весьма нетрудное. Однако это не так, и только самые лучшие произведения удостаивались чести быть опубликованными в престижном «Вестнике Европы». Вспоминается один курьёзный случай. В «Дамском журнале» за 1824-й год было опубликовано следующее стихотворение неизвестного автора, скрывшегося за псевдонимом И. Киовский:

ШАРАДА «Шарады трудно сочинять!» – Лизета мне вчера сказала. И что ж? сама же приказала Как можно поскорей шараду написать. Однако ж я сказал: «Не слушаю ни слова!» Вот вам, сударыня, шарада и готова. «Готова? так извольте прочитать!» Любимец юга и природы Уж верно б два мои вам первые сказал; Поверите ль, что то же на народы, Карая их, всесильный насылал; А чтоб конец вам изъяснить скорее: Когда ложусь я спать, чтоб было мне теплее, Как чепчик я его изволю надевать. Теперь лишь целое осталось, Легко его на карте приискать; Оно толпа, что в Азии скиталась.

Довольно! Думайте – чтоб не пришлось сказать: А крышка ларчика ведь просто открывалась.

Отгадкой данной шарады служит слово каракалпак, причём интересна игра слов: кара и итальянское слово cara, означающее «дорогая» («Уж верно б два мои вам первые сказал»). Курьёзом в данной шараде является то, что она представляет собой шараду-пародию, содержащую замаскированный (перестановкой двух строк) акростих, который читается по первым буквам строк: «Шаликов глуп, как телёнок. Да». Таким образом неизвестный автор проучил Шаликова, который неразборчиво печатал присылавшиеся ему шарады. С.Н. Федин в книге «Лучшие игры со словами» (М., 2001) отмечает:

«Совсем не обязательно описывать части слова в стихах или прозе, очень часто это делают в виде забавной пантомимы или сценки. Именно в таком виде шарады были любимы в дореволюционных гимназиях. В этом варианте игры все участники сначала разбиваются на две команды, после чего одна из них, та, которая загадывает слово, удаляется в другую комнату (или отходит в угол) для подготовки инсценировки. Там участники этой команды придумывают какое-либо слово для отгадывания, например, беседа, которое разбивают на значащие части (бес и еда в данном случае). Затем эта команда появляется перед отгадывающей и показывает части загаданного слова и само это слово (бес, еда, беседа) в виде коротких сценок. При этом они обязаны объявлять, какая часть слова в данный момент изображается: «Первая!», «Вторая!» и так далее (если частей в слове больше двух) и наконец (когда показывается всё слово) – «Целое!».

Эти «живые шарады» были особенно популярны в прошлые два века, до изобретения кроссвордов – на семейных или салонных вечерах во Франции и России. В шарады с превеликим удовольствием играли Пушкин и Блок, Гоголь и Тургенев, Святослав Рихтер и Сергей Рахманинов, Герберт Уэллс и Фредерик Шопен, а также многие и многие выдающиеся люди».

В конце некоторых номеров «Вестника Европы» встречается рубрика «Изъявление благодарности» или «Уведомление о благодарности». Так и мы в данной статье поблагодарим Владимира Юрьевича Немчинова, предоставившего в наше распоряжение несколько томов вышеназванного журнала.